"ÖLÜM, LƏYAQƏTSİZ YAŞAMAQDAN ÜSTÜNDÜ..." -  "İslam dünyası var ki?!" 

İlqar İbrahimoğlu: "Müsəlman dünyasının içinə bu virus daxil olduğuna görə o, geriləyib"

"Azərbaycan toplumu islami dəyərlərdən uzaqlaşıb...Bu toplumun ya böyük günah elədiyindən, haram iş gördüyündən xəbəri yoxdu, yaxud xəbəri varsa da, şüurlu eləyir"

Dini Etiqad və Vicdan Azadlıqlarını Müdafiə Mərkəzinin sədri, ilahiyyatçı filosof İlqar İbrahimoğlu Azloqos saytına müsahibə verib.  Həmin müsahibəni təqdim edirik: 

– İlqar bəy, müsahibəyə hazırlaşarkən sizinlə bağlı bir məlumata rast gəldim. Neyrolinqvistika ilə məşğul olmusunuz. Neyrolinqvistika hətta danışıq tərzimizin, istifadə elədiyimiz sözlərin belə, konkret fiziki proseslərlə bağlı olduğunu sübut eləyir. Və bu, dinin “kainatda hər şey kənar bir qüvvə tərəfindən idarə olunur”, tale, alınyazısı kimi anlayışlarına ziddi. Belə elmlərlə məşğul olarkən inancla bağlı tərəddüdlər keçirdiyiniz olubmu?

– Ondan başlayım ki, mənə klassik məntiq elmi sahəsində ciddi mütəxəssislərdən keyfiyyətli təhsil almaq xoşbəxtliyi nəsib olub. Həyatımın hardasa 8 ilini İslami akademik mərkəzlərdə təhsil almışam. Təhsil müddətində ilahiyyat elmi ilə yanaşı, əqli elmləri də öyrənmək və araşdırmaq, İslam fəlsəfəsi ilə yanaşı Qərb fəlsəfəsi, klassik Kəlam elmi ilə yanaşı, modern Kəlam üzrə də ixtisaslaşmaq nəsibimiz olub. Akademik mərhələdə əqli elmlərin araşdırma metodologiyasını təkmilləşdirəndə Ərəstun məntiq sisteminin dəyərli professorlarından biri qeyd eləmişdi ki, Ərəstun məntiq sistemində anlayışın baş tutması doqquz kateqoriyada vəhdətin mövcudluğu üzərində qurulub. İki insanın bir-birini anlaması, ünsiyyətin baş tutması üçün bunlar vacibdi – eyni məkan olmalıdı, iki tərəf də eyni zamanı nəzərdə tutmalıdı, ikisinin də kəmiyyət və keyfiyyət parametrləri vəhdət təşkil etməlidi və s.

Həmin akademikin onuncu vəhdətlə bağlı yeniliyi var idi, bu haqda dünyada təqdimatları da olub: Dil vəhdəti. Söhbət azərbaycan, italyan, ingilis, ərəb, ya da farsca danışmaqdan yox, eyni intellektual, eyni irfani, eyni tutumlu dildə danışmaqdan gedir. Bu, həddindən artıq önəmlidi. Məsələn, indi biz bir-birimizi tanımağa, eyni dilə yaxınlaşmağa çalışırıq. Bəzən insanlar eyni dildə danışmırlar. Eyni sözləri işlədir, eyni məkanı, zamanı, parametrləri nəzərdə tuturlar, amma, belə demək olarsa, bunlar eyni bağda, eyni prosesdə deyillər. Bax, mən sualınızdan anladım ki, sizin bəlli stereotipləriniz var.

– Ola bilər.

– Mən həmin stereotipləri aradan qaldırmağa kömək eləyəcəyəm. Bilirsiniz, bizi tanıyan dostlarda, əzizlərdə belə suallar yaranmır. Məsələn, Erkin Qədirli mənim uşaqlıq dostumdu, bir yerdə şahmatla məşğul olmuşuq. Onda mənim fizika ilə, riyaziyyatla, biologiya və s. sahələrlə bağlı bilgilərimin olması sual yaratmır. Çünki biz birlikdə böyümüşük və o, bilir ki, nəinki bu, zamanında başqa sahələrlə bağlı da kifayət qədər mütaliələrimiz olub. Bizi tanıyan dostlar onu da bilirlər ki, mən riyaziyyatçı ailəsində böyümüşəm, atam da, babam da riyaziyyatçı olub. Hal-hazırda bizim evdə yeni nəsil riyaziyyatçılar yetişirlər. Yəni biz kifayət qədər elmi, bugünkü anlamda götürsək, “science” müstəvisində, empirik müstəvidə olan bir ab-havanın içində böyümüşük. Ona görə, dinə gəlməyimiz də elmi-fundamental araşdırmaların nəticəsi olaraq baş verib, hansısa mühitdən, hansısa mövzulardan təsirlənməyin nəticəsi deyil.

Mən İslam sözünü ilk dəfə 17 yaşımda, 20 yanvar hadisələrindən sonra ciddiyyətlə təhlil eləməyə başlamışam. Qorbaçov iddia eləmişdi ki, bu ölkədə İslam fundamentalizmi var, buna görə Azərbaycana ordu salıblar. Mənə də maraqlı idi ki, İslam nədir? O zaman bu mövzuda, ümumiyyətlə, bilgimiz yox idi. Bu haqda heç bilgisi olmayan bir toplumda İslam fundamentalizmindən necə söhbət gedə bilərdi? Məktəbin sonuncu sinfində oxuyurdum. Xalq hərəkatı, o əhval-ruhiyyə, özünəməxsus romantik duyğular, sayın Rəsulzadənin “Əsrimizin Siyavuşu”nu oxumağımız və s… O vaxt “Dalğalar” adlı bir esse də yazmışdım. Maraqlanaraq, araşdıraraq, addım-addım bu inanca bağlı həyat tərzini həm nəzəri, həm praktiki yaşamağa başlamışam və məmnunam. Artıq 29 il olacaq. İndi gəlirəm sualınıza.

Sizin beyninizdə hazır, klişeli yanaşma var İslam, ümumiyyətlə, inanc haqqında. Əksinə, mənim axtarıb tapdığım İslam və inanc mənə deyir ki, oxu, araşdır. Mənə deyir ki, riyaziyyat tənliyini həll edərkən ibadət eləyirsən. Mənə deyir ki, sən gedib sırf empirik müstəvidə hansısa elmi araşdırmalar aparırsansa, Allahın bir bəndəsi kimi o gözəllikləri, o nizamı, o harmoniyanı kəşf eləyirsən və bu, ən böyük ibadətlərdən biridi. Yeniyetməlik və gənclik dövrümüzdə, məsələn, Nobel mükafatçısı Məhəmməd Əbdüs-Səlamdan tutmuş, onun kimi digər şəxslərin də həyatları və s. bizim üçün çox maraqlı olub. Və o dövrdən bu günə qədər fundamental empirik elmlərlə aramızda fasilə nəinki yaranmayıb, əksinə, marağımız artmaqda davam edir.

Bu mənada hesab eləyirəm ki, əqli elmlərlə dərindən məşğul olmaq imkanına sahib olmağım – Allahın bir lütfüdü. Bura fəlsəfəni də aid eləyirəm, məntiqi də. Üstəlik ilahiyyat elmi üzrə də dərindən, akademik müstəvidə təhsil almaq kimi böyük bir xoşbəxtliyimiz olub. Bütün bunların yekunu olaraq demək istəyirəm ki, bu iki sahə – elm və inanc – təzad yaratmır. “Allah hər şeyi yazıb” anlayışı da klişe yanaşmadı.

Məhz, bir milyard yarımlıq müsəlman dünyasının içinə bu virus daxil olduğuna görə o, geriləyib. “Hər şey həll olunub” deyə bir şey yoxdu. Biz iradəli varlıqlarıq, faili-muxtarıq, olacaqların müəyyənləşməsində rolumuz var. Allah bütün varlıqlar içində bizi iradəli, seçimi olan varlıq kimi yaradıb. Bizdən asılı olan, bizim cavabdeh olduğumuz, bizim məsuliyyət daşıdığımız bütün mövzularda seçimimiz həlledicidi. Biz məsuliyyətliyik, çünki seçimimiz var. Cavabdehik, çünki iradəmiz var. Ona görə də, “nə baş verəcək” sualı üçün milyonlarla variantımız var və onlardan biri də bizim iradəmiz və seçimimizdi.

Bu baxımdan İslam inancım, daha iradəli yaşamaq üçün məni daha çox bilməyə və daha əhatəli baxmağa aparıb çıxarır. Məsələn, mən islami dünyagörüşüm, islami təlim-düşüncəsi baxımından özümü müəyyən mənada böyük İslam filosofu və arifi Molla Sədranın fəlsəfi təliminin şagirdi hesab eləyirəm.

– Bu təlimin ideyası nədir?

– Bu, geniş bir mövzudu. Ümumi götürsək, tarixən Ərəstun və Əflatun düşüncə tərzləri arasında təzad həddi, dualizm olub. Bu da nəticə etibarilə İbn Sina və Suhrəvərdi məktəblərinin, bir növ, rəqabətinə gətirib çıxardıb. Sonra böyük islam filosofu Molla Sədra gəlib və bütün məktəbləri, fəlsəfi cərəyanları eyni dilə gətirə bilib, üstəlik bura irfanı da daxil eləyib, eyni dildə, eyni anlamda mütəali bir fəlsəfə, insanın varlıq aləminə baxış sistemi formalaşdırıb.

Hal-hazırda İslam dünyasının böyük filosofları – istər Əllamə Təbatəbai, istər bu gün dünyanın ən böyük tradisionalistlərindən sayılan, Amerikanın intellektual dairələrini fəth eləmiş professor Seyid Hüseyn Nəsr – özlərini bu fəlsəfi məktəbin ardıcılı sayırlar. Mən də özümü bu məktəbin kiçik şagirdi bilirəm. İslami dünyagörüşümüzün vizit kartlarından biri – əql, rassionallıqdır. Bu, olmayan yerdə din, inanc yoxdu. Mənim danışdığım bu mövzular bu gün İslam haqqında mövcud stereotip təsəvvürlərlə daban-dabana ziddir.

– Əsl islamdı?

– “Əsl İslam” ibarəsi günümüzdə özünəməxsus kontekst əldə edib. Mən indi sadəcə öz duyğularımı, öz yaşadıqlarımı, ekzistensiyamı, İslam deyərkən anladığım və hiss etdiklərimi çatdırıram.

– Seçim haqqı, iradə, elmin ibadət olduğu barədə gözəl fikirlər səsləndirdiniz. Bəs bunlar niyə geniş kütlələrə yayılmır? Niyə dindar insanlar ilahiyyatçı alim görəndə “Moskvada gün iki saat gec batır, bu, orucluq üçün məqbuldumu?”, ya da “qayınanamın əlinə toxundum, orucum pozuldumu?” kimi suallar verirlər?

O gün ki, İslam sivilizasiyası islami dəyərlərlə yaşamaqdan uzaqlaşdı, ənənəvi müsəlmana çevrildi, geriləmə başladı. Çünki müsəlman toplumuna, ən azı, iki ağrılı virus yoluxdu. Bunlardan birincisi “düşünmə, ağlı qoy qırağa, rassional düşüncə mühüm deyil, hər şey həll olunub, sual vermə, anlama”dır. Nəticədə müsəlman toplumu fəlsəfi, əqli, məntiqi düşüncəyə malik, yəni suallı toplum olmaqdan çıxıb, “hər şey həll olunub” toplumuna çevrildi, bugünkü ənənəvi İslama gəlib çıxdı. Bu, birinci virusdu. Bu virus mövcud olduğu müddətdə müsəlman sivilizasiyasında heç bir inkişafdan söhbət gedə bilməz.

İkinci virus: hər şey yazılıb, səndən heç nə asılı deyil. Həmin o məşhur fatalizm mövzusu. Bu da İslamın canıyla, ruhuyla daban-dabana zidd bir mövzudu. Baxın, indi mübarək Ramazan ayıdı. Müraciət olunur ki, ey müsəlmanlar, sizə, sizlərdən öncə iman gətirənlərə buyrulduğu, yazıldığı kimi, mübarək Ramazan ayının orucu ona görə vacib buyruldu ki, inşəallah, təqvalı olasınız. Yəni siz çalışsanız, iradə və səy göstərsəniz, yetkin insan ola bilərsiniz. Bu, özümüzdən asılıdı. Teatr diliylə desək, biz marionet deyilik.

Üçüncü virusu da deyim: şəxsiyyətə pərəstiş. İslamın təməl prinsipi var: Allahın bəndəsi olacaqsan, Allaha pərəstiş eləyəcəksən. Şəxsiyyətə pərəstiş virusuna yoluxmuş toplum inkişaf edə bilməz. Nəticə etibarilə, bu gün əslində bütün səmimi, vicdanlı insanların istədikləri şeylər eynidi – topluma şəxsiyyətə, insanların eqosuna pərəstiş yox, ağıl, düşüncə, insanların iradəviliyi hakim olsun, insan daha ali bir varlığın qarşısında öz məsuliyyətini hiss eləsin. Bunlar – dünyanın acdığı, susuzladığı mövzulardı.

Bu mənada məsuliyyətlə deyə bilərəm ki, nə vaxt ki İslam dünyası İslamın bu kimi təməl prinsiplərindən uzaqlaşdı, faciələr başladı. Məsələn, Azərbaycanda selektiv abortlar mövcuddu. Bu, ən ciddi indikatordu, Azərbaycan toplumunun islami dəyərlərdən bu mənada uzaqlaşdığının göstəricisidi. Bu toplumun ya böyük günah elədiyindən, haram iş gördüyündən xəbəri yoxdu, yaxud xəbəri varsa da, şüurlu eləyir. Bütün hallarda bu, birmənalı göstəricidi. Mən hesab eləyirəm ki, islami toplum – şüurla, iradə ilə qız uşağının dünyaya gəlişini xoşbəxtlik kimi dəyərləndirən, bunu Allahın rəhməti bilən bir toplumdu. Və əksinə.

– Maraqlıdı ki, islam dini gələnə qədər türk toplumunda qadına qarşı islamdan sonrakı alçaldıcı münasibət olmayıb. Alov İnannanın bununla bağlı araşdırmaları var.

– Belə fikirlərlə tanış deyiləm, xüsusi bir bilgim olmadığına görə təhlil də eləyə bilməyəcəyəm. Amma bu kontekstdə Ramiz Rövşənin bir fikri yadıma düşdü. Bir dəfə bir neçə dəyərli ziyalılarımızın da olduğu bir məclisdə Ramiz Rövşənlə birgə oturmuşduq. Ənənəvi olaraq bir nəfər başladı ki, bəs din belə, din elə. Ramiz Rövşən dedi ki, Sabir elə bilirdi, bütün problemlər dinə, din adından edilən hoqqabazlığa görədi, amma yetmiş ildi din mövzusu yoxdu, yenə eyni gündəyik.

Bu toplumun indi belə vəziyyətdə olmasında dinin nə rolu var? Olmayan şeyləri İslam inancına aid eləmək, sonra da “məhz, buna görə oldu” demək çox rahatdı. Müsəlman sivilizasiyası özünün həqiqi dəyərlərindən, ali prinsiplərindən uzaq düşdüyü üçün bu deqradasiya baş verib. Bu vəziyyətdən çıxmaq üçün İslamın ana prinsipi – insan ləyaqəti, insan şəxsiyyəti, “dignity” mövzusu, axtarış, oxuma, bilgilənmə gündəmə gəlməlidi. Bayaq soruşdunuz ki, niyə bu fikirlər topluma çatdırılmır. Harda çatdıraq? Telekanallarda bəlli senzuralar var. Özümüzə gəldikdə isə, 2005-ci ildən bu yana hər cümə günü Azərbaycan mediasına on iki min işarəlik yazı təqdim eləyirik. 14 ildi, 8 milyon 700 min işarə. Digər maarifçilik işlərimizi qoyuram bir qırağa. Allah bizə topluma anladığı dildə, intellektual səviyyədə məhsul vermək lütfünü bəxş eləyib. Yəni bu qədər imkanımız var, bu qədər eləyirik.

– İlqar bəy, sosial şəbəkələrdəki paylaşımlarınızda insanları fərqli fikirlərlə tanış olmağa səsləyirsiniz, onlara seçim haqları olduğunu anlatmağa çalışırsınız və istinad olaraq ancaq Qurani-Kərimi göstərirsiniz. Hər halda mənim oxuduğum paylaşımlarda – ki, bir xeylisini oxudum – eləydi. Niyə oxucularınıza başqa alternativlər təklif eləmirsiniz? Halbuki fikir müxtəlifliyinə nümunə olaraq, özünüz də fərqli mənbələr təklif eləyə bilərsiniz. Sadəcə Qurani-Kərimə istinad eləməklə özünüzü təkzib eləyirsiniz sanki…

– Mən düşünürəm ki, mənəvi və ruhi baxımdan ən böyük istinad ünvanı Qurandır və Peyğəmbərimizin (s), İmamlarımızın (ə) buyurduqlarıdı. Ümumiyyətlə, mən Feysbukda çox az oluram və daha çox mənəvi konteksdə təqdimat eləyirəm. Başqa mövzulara gəldikdə… Məsələn, son altı ayda gənclərin təşəbbüsü ilə üç müxtəlif seminarlarım olub. Biz orada heç bir Quran ayəsindən, hədislərdən danışmamışıq. Mövzular sosioloji, “X, Y, Z nəsilləri” mövzusu olub və mən o sahənin araşdırma dilində danışmışam, mövzulara uyğun mütəxəssislərin fikirlərini səsləndirmişəm. İlahi, mənəvi mövzulardan danışanda isə düşünürəm ki, ən önəmlisi kökə qayıtmaqdı və məncə, Qurani-Kərim əslində insanın ekzistensial, vücudi böhranı zamanı yaranan suallarına cavab verən ən kamil, ilahi bir kitabdı. Özümə bunu qıyıram. Ona görə, digərlərinə də bunu təqdim eləyirəm.

– Mənə elə gəlir ki, Quranı anlamaq üçün müəyyən baza, hazırlıq lazımdı. Siz də öz zəngin mütaliənizlə, sahib olduğunuz bilgilərlə buna yardımçı ola bilərsiniz, amma təkcə Qurana istinad eləyirsiniz.

– Məncə, siz yalnız Feysbukdakı yazılara görə belə qənaətə gəlmisiniz və bunu da qeyd eləməliyəm ki, Quranla bağlı dedikləriniz “Düşünmə!” deyənlərin fikrinə çox yaxındı. İslam sivilizasiyasında böhran yaranmasının bir səbəbi də budur: deyilir ki, siz Quranı niyə oxuyursunuz, niyə oxuyub, fikirləşib nəticələr çıxardırsınız? Elə hazır reseptlər var, hazır ehkamlar var, bir, iki, üç, dörd, beş. Gedin, onları eləyin də.

– Mənim sualımdan bu nəticə çıxır?

– Siz özünüz də bilmədən bu fikirdə olan insanlarla müttəfiq olursunuz. Halbuki hermenevtik təhlillə baxsaq, Quran mahiyyət etibarilə lay-laydı. Yəni hər kəs onu öz həddində, öz səviyyəsində anlayır. Məsələn, Əbdüs-Səlam oxuyub, öz kəşfləri üçün ilham mənbəyi tapıb.

– Bir müsahibənizdə deyirsiniz ki, Qərb islami dəyərlərə praqmatizm üzərindən gəlib çıxıb və orada ilk yerdə insanın öz rahatlığı gəlir, sonra başqaları…

– Seyid Cəmaləddin Əsədabadi Əl-Əfqaninin bir ifadəsi var: deyir, mən Şərqə getdim, müsəlman gördüm, İslam görmədim, amma Qərbə getdim, İslam gördüm, müsəlman görmədim. Bunun təhlilini istəmişdilər. Mən də dedim ki, bu sözlərin Seyid Cəmaləddin Əsədabadi Əl-Əfqaniyə aid olmasına şübhə eləyirəm. Hətta ona aid olsa belə, Şərqlə bağlı hissə doğrudu. Bəli, müsəlman var, amma İslam təzahürləri çox azdı. Amma Qərbdəki Hollivud gülümsəməsi də İslam deyil, ürəkdən gəlmir. Etiketlə etika arasında, etiketlə əxlaq arasında bir fərq var. İslamın istədiyi – səmimiyyətin əxlaq olaraq yüksəlişidi, etiket olaraq yox. Ola bilər ki, hansı mənadasa Qərbdə uğurlar var, məsələn, nizam-intizam, dissiplin var. Amma qərblilər öz maraqlarını, eqolarını təmin eləmək üçün gəlib çatıblar bu şeylərə.

– Yəni əsas olan bu deyil? İnsanın mərkəzə qoyulmağı, insana dəyər verilməsi və insanın özünə dəyər verməsi. Bu, bir növ islamdakı “özünə rəva görmədiyini başqasına da rəva bilmə” fikrinin interpretasiyasıdı.

– Əsas olan odur ki, bəşəriyyət, təqribən, neçə əsrdi özünüifadədən məhrum olub. İnsana aid hər şey empirik çərçivəyə, laboratoriya səviyyəsinə salınıb. Keçən əsrin 40-cı illərindən dünyada başlayan ekzistensial böhran, məhz, bununla bağlıdı. Bəşərə dedilər ki, biz sizə yerdə hər şeyi verəcəyik və qalan hər şey inkar edildi, bütün təlim-tərbiyə sistemi, elm bu dar çərçivəyə salındı. Nəticəsi də o oldu ki, biz yerin dibini, göyü, hər şeyi öyrəndik, öz kimliyimizdən başqa.

II Dünya Müharibəsindən, Naqasaki, Xirosima bombardmanından sonra ekzistensial böhran başladı. Əslində postmodernizmin də burdan başladığını deyirlər. İddia olundu ki, belə inkişaf olmaz, biz özümüzü itirmişik, ipəkqurdu kimi baramanın içində qalıb məhv oluruq, belə davam eləmək istəmirik. O vaxtdan keçid mərhələsi hələ də davam eləyir. Çünki bu böhran – qurucu böhran deyil, ağrını çatdıran böhrandı. Bu ağrı günbəgün artmaqdadı. İnsanların vaxtı, pulu artır, ünsiyyət, empati artmır. İnsanlar üçün hər şey əlçatan olub, amma bunların zövqü itib. İnsan özünü itirib. Müasir ədəbiyyata da diqqət elədikdə görürük ki, insanın daxili axtarışlarını ifadə eləməklə məşğuldu. Bu qədər nəhəng inkişafın fonunda insan özünü itirib. Əsas budu. Biz özümüzü imitasiya eləməyə başlamışıq.

Siz deyirsiniz ki, pis deyilmi? Nəyi yaxşıdı? “İnsan kimdir?” sualı kənara qoyulub. “İnsan kimdir?” sualına cavab tapılmadan, onun hissləri, arzuları necə təmin edilə bilər? Yadıma gəlir ki, dəyərli müəllimlərdən biri, Polşanın məşhur dissidenti və insan haqları nəzəriyyəçisi Marek Novitski ilə insan haqları ilə bağlı danışırdıq. O, deyirdi ki, insan ləyaqəti deyilən bir şey var. Mən soruşdum ki, bəs insan özü kimdi ki, onun ləyaqətinin radiusu da müəyyənləşsin? Cavab verdi ki, bu haqda danışılmır. Dedim, niyə? Biz ilk olaraq bunu müəyyənləşdirməliyik: Biz kimik? Bu sualın cavabı tapılmayanda nəticə nə olur? Bizə deyirlər ki, siz kimliyinizi qoyun qırağa, ancaq maddi eqonun maddi ödənilməsi ilə bağlı düşünün.

Hal-hazırda dünyada liberalizm dalana dirənib. Liberalizmin yekun məhsulu Trampdı. Bu gün o “change” deyənlər hardadılar? Hanı o “gəlin, çay dəmləyək, müharibə etməyək” qışqıranlar? Bu, liberalizmin dirənməsidi. Solçu məfkurəsinin də dalanı Sovetlər dövrü oldu, eybəcər bir vəziyyətə düşdü. Mahiyyət etibarilə bu gün insan anlayır ki, nə liberalizm, nə də solçuluq bir yerə çıxmayıb. İnsan da deyir ki, mən kiməm ee… Əslində isə ekzistensializmin bütün qolları – istər inanc qolu – Kyerkeqor, istər ateist qolları bunu qışqırır: əvvəlcə “biz kimik?” sualına cavab tapaq.

Biz, bizə nə təqdim edirlərsə, onu yeyirik. Hər şey bizim əvəzimizə müəyyən olunur. Hə, son on ildə vəziyyət bir az dəyişib. Mən hesab eləyirəm ki, əslində postmodern dövrün bitib yeni bir mərhələnin gəlməsi ərəfəsindəyik və bu həndəsə qurulanda onun bünövrəsi insanın özünüifadəsi, insan ləyaqəti, ağıl, düşüncə olacaq. Bu gün olan intiharlar, yaşanan bütün depressiyalar… Ümumiyyətlə, biz böyük bir böhranın içindəyik.

– Liberalizm, solçuluqla bağlı fikirlərinizin davamı olaraq, Əli Şəriətiyə münasibətinizi öyrənmək istəyərdim.

– Əli Şəriəti görkəmli müsəlman mütəfəkkiri, çox böyük sosioloq, zamanında çox böyük xidmətləri olmuş insandı. Müasir İslamın intibahında özünəməxsus yeri olan şəxsdi.

– Niyə onun fikirləri islam cəmiyyətində geniş yer tapa bilmədi özünə? Halbuki kifayət qədər cəsarətli fikirləri vardı.

– Cünki sosioloq idi. Sosioloqun fikirlərində hərdən populizm nöqtələri kifayət qədər olur. Populizmin də özünəməxsus cəhəti budur ki, səsləndiyi dövrdə ciddi rəğbət qazansa da, uzun vədədə düşünülərkən anlamını itirir. Məsələn, bəzi fikirləri var ki, insan onların hansı emosional formatda deyildiyini anlayır, amma onları praktik, əqli müstəviyə köçürəndə görürük ki, kifayət qədər təhlilə və tənqidə də yer var. Amma düşünürəm ki, öz zamanı, elə bu günümüz üçün də bu, normaldı. Əslində toplumda Şəriəti kimi intellektual qıcıq yaradan insanların varlığından gözəl nə ola bilər ki?!

– Şəriəti “Mən sizi narahat eləməyə gəlmişəm” deyəndə nəyi nəzərdə tuturdu və narahat eləyə bildimi? Ya da belə deyim: reformist islamı nəzərdə tuturdu, yoxsa klassik? Ya tamamilə başqa şeyi?

– Düşünürəm ki, bir İslam mütəffəkiri, İslam filosofu əslində “Mən özümü narahat eləmək istəyirəm” deyərdi. Biz özümüzü narahat eləməkdən başlamalıyıq. Hər kəsi birinci öz daxili narahat eləməlidi. Öz daxilimizdə harmoniya yaratmalı, daxilimizdəki stereotipləri dağıtmalıyıq. Kantın məşhur ibarəsiylə desək: elə bilin ki, göbələk yığmağa gedirik. Hər dəfə səbətdə bir az göbələk qalır. Arada o zənbili çevirib yaxşı silkələmək lazımdı ki, keçən dəfələrdən qalmış hər şey tökülsün, təmizlənsin səbət. Beynimizdəki bütün o stereotiplər də bizə mane olur, onlar yükdür. Onlardan özümüz qurtulmalıyıq. Biz özümüzü düzəltməkdən başlamalıyıq. Yalnız bu zaman ətrafımıza da, topluma da təsirimizin mənası olar.

– Bəlkə yenə stereotip fikir adlandıracaqsınız, amma fakt budu ki, sekulyar cəmiyyətlərdə dindarlar rahat yaşaya bilirlər, onlar üçün hər şərait yaradılır, azadlıqları təmin olunur. Avropa ölkələrinə köçən müsəlman mühacirlərin həyatında bunu görürük. Ancaq həmin mühacir müsəlmanlar rahat yaşamaq yerinə, ətrafı özlərinə uyğunlaşdırmağa, öz rahatlıqlarını başqalarını narahat etmək bahasına təmin eləməyə çalışırlar. Belə çıxır ki, Allaha inam mütilikdən daha çox, eqoizm tələb eləyir?

– Bir dəfə Parisdə, olduğum ərazidə yaxınlıqda məscid olub-olmadığını soruşdum, göstərdilər. İçəri girdim və başa düşdüm ki, bura bəlli qəbilələrin toplaşdığı məsciddir. Dəstəmaz alıb namaza başlayanda içəri girdiyimə artıq peşman olmuşdum. O qədər İslam ruhuna zidd bir ab-hava, antigigiyena vardı ki… Və mən anladım ki, bu, performans məsələsidi. O məsciddə nə İslam inancının dəyərlər sistemi ilə, nə gözəllik estetikası ilə heç bir uyğunluğu olmayan bir performans vardı.

Və həmin Parisdə Grande Mosquée-a gedirsiniz. Parisin ən böyük məscididi. İlahi, elə bil gül bağçasıdı?! Deməli, eyni Parisdə şəhərin bir tərəfində bu cür məscid var, bir neçə kilometrliyində başqa cür. Orada bir başmaqdan on adam istifadə eləyir, hamısının ayaqları yaş olur və ayaqlarını qurutmadan geyinirlər. Təsəvvür eləyirsiniz, nə qəribə şeylər baş verir? Və mən anladım ki, insanlarla İslam arasında fasilə yaranması üçün bunu görmək bəs eləyər. Həmin o sosial səbəbdi ki, insanlar dinlə dindarı səhv salır. Guya müsəlman budusa, elə İslam da budu.

Mən “həqiqi İslam bu deyil” ifadəsinə gəlmək istəmirəm. İstəyirəm, deyəm ki, gerçəklik budu. İnsanlar cürbəcür olur. Gəlin, biz özümüz çalışaq, yaxşı, ləyaqətli bir insan olaq. Hər birimiz. Bir dəfə canlı debatda qarşı tərəf hicablıları tənqid elədi. Cavab verdim ki, mən qalstuk taxıb oğurluq eləyən adamlar görmüşəm, deməli, bütün qalstuklular oğrudular? Həmin mövzudu. Ona görə də, sizin sualınıza qayıtsaq, İslam, ümumiyyətlə, bütün toplumlarda anarxiyaya yox deyir. İnanclı insan üçün “anarxiya, yoxsa minimal qaydalar” seçimi varsa, İslam deyir ki, anarxiyaya tərəf getmək yolverilməzdir, minimal qaydaları olanı qəbul edəcəksən. Çünki anarxiyada hər kəs uduzur.

Mən Azərbaycanın da, dünyanın da gələcəyini bunda görürəm – ümumi oyun qaydaları olacaq və onlar hamımıza aid olacaq. Tutaq ki, Peterburqdan Tallinə avtobusla gedirik. Hər şey var. Ümumi oyun qaydalarıdı. Təsəvvür eləyin ki, mən namaz vaxtı namazımı qılmaq istəyəndə mənə deyirlər ki, sən düşüb namazı qıla bilməzsən, amma digərləri çıxıb havasını dəyişə bilər. O zaman etiraz eləyəcəyəm, deyəcəyəm, mənim haqqımı təmin eləyin. Mən oyun qaydaları içində namazımı da qılıram, həyatımı da yaşayıram. Biz oyun qaydaları olan bir topluma gedib çıxmalıyıq. İslam dünyasının yox, məhz, Şərqin problemi budu ki, oyun qaydaları olan toplum qurulmur.

– Niyə qurulmur o toplum?

– Hesab eləyirəm ki, buna görə, hər kəsin əvvəlcə öz içində oyun qaydaları olmalıdı.

– Dediklərinizdə haqlısınız, stereotiplər həddindən artıq çoxdu. Amma bu stereotipləri – islam dünyası, Şərq dünyası – Suriya, Ərəbistan, Birləşmiş Ərəb Əmirlikləri, hazırkı Türkiyə, Azərbaycandakı dindar qisim və s…

– Azərbaycanın dindar kəsimi çox mütərəqqidir.

– Elə olsun, siz daha yaxşı bilirsiniz. Mən stereotiplərdən danışıram. Sizcə, onların yaranmasının səbəbkarı bir tərəfdə qızıl unitazları, digər tərəfdə isə insana münasibətlər ilə elə həmin bu islam dünyası deyilmi?

– Xanım, Trampa baxsaq, amerikanizmin heç bir uğuru yoxdu. O zaman Tramp amerikanizmin üstündən xətt çəkməyə bəs eləyir?

– Amerika toplumunda oyun qaydaları var, Tramp neynəyir eləsin, prezidentlik müddəti bitəndən sonra daha olmayacaq. İslam dünyasında isə elə deyil.

– Gerçək durum bunun əksinədi. İndi Trampın reytinqinin ən yüksək olduğu dövrdü.

– Siz mənim sualımı başqa istiqamətə yönəldirsiniz. Mən bunu soruşmadım.

– Yox, mən stereotipdən qurtulmağınıza kömək eləyirəm. Baxın, Avropanın normal dəyərlərlə yaşayan yerləri var, elə yerləri var ki, yaşanmır. Biz Hitler dövrünə görə bütün alman mədəniyyətindən imtina eləməliyik?

– Əgər Hitlerin dövrü davam eləsəydi, çox güman ki, tam imtina olunmasa da, alman mədəniyyəti də şübhə altında qalacaqdı. Ancaq alman xalqı, Almaniya özünü dəyişə bildi və o zəngin mədəniyyətin sahibi olduğunu sübut elədi. İslam dünyası isə dəyişmir.

İslam dünyası var ki?! Qoyublar ki, meydanda İslam dünyası qalsın?! İslam dünyası ifadəsi doğru deyil, Şərq dünyası desək, daha doğru olar. Gəlin, qeyri-islami bir coğrafiyadan danışaq, məsələn, Hindistandan. Şərq dünyasının imkanlarını bir ömür istismar eləyiblər. Elə bil, biz bu gün Hindistana deyirik ki, Hindistan niyə inkişaf eləməyib? Amma Hindistana zamanında inkişaf eləməyə imkan veriblərmi? Hindistanın mövcud vəziyyətində kənar qüvvələrin heç təsiri olmayıb məgər? Olub. Bu gün dünyadakı beş İT mütəxəssisinin biri hindistanlıdı. Nə qədər çalışırlar hindistanlılar! Amma Hindistan hələ bu gün də özünün gigiyenik problemlərini həll eləyə bilmir. Afrikaya keçək, xristian hissəsinə keçək. Olubmu başqalarının rolu? Olub. Ona görə də biz başqa məsələni fikirləşməliyik. Nə edək ki, fərdlərimizdə, toplumumuzda “dignity” – ləyaqət inkişaf eləsin. Mən sizi inandırıram, İslamın da, ağlın da nəzərində bütün məsələlərin açarı – ləyaqətdi. Bir toplumda ləyaqət inkişaf eləsə, problem həll olar.

– Necə inkişaf etdirək ləyaqətimizi?

– Bu, yeni problem deyil. Qayıdaq Nitşeyə. Nitşe alman toplumu ilə bağlı ümidlərini Vaqnerə bağlamışdı və bütün fəlakətlərin səbəbini xristianlıq obrazında görürdü. Hətta İslamın obrazını daha güclü hesab eləyirdi. Məsələn, “Antixrist” əsərində deyir ki, səlibçilər, gəlib Kordovaya girəndə beş yüz hamam yandırdılar. Nitşe bunu dəhşətlə ifadə eləyirdi. O, Vaqnerə niyə ümidlə baxırdı? Çünki mədəniyyət deyir ki, dünya çirkindi, gəlin, onu gözəl göstərək. Nitşe də deyir ki, Vaqner, sən gəl, o ruhu alman xalqına ver. Demək istədiyim odur ki, bu, təkcə bizim problemimiz deyil. Bu gün yapon da, çinli də eyni problemi yaşayır.

– İş ondadı ki, onlar da, xristian dini də özündə islahatlar aparır, yenilənir, dövrlə ayaqlaşmağa çalışır. Roma Papası bir-birinin ardınca nə qədər bəyanatlar verdi – homoseksuallar haqqında və s. Amma Şərq dünyası qətiyyən belə yeniliklərə açıq deyil.

– Şərq dünyasında hardasa müstəqil, öz ayağı üstündə inkişaf etmək imkanı yaranan kimi, nə baş verdiyini görürük. Misirdə görmədik? Ərəb baharı gəldi Misirə. İmkan verdilərmi? Yox. Türkiyənin özünü götürək. Türkiyədə baş verən proseslərdən aydın deyilmi ki, Şərqdə güclü, öz ayağı üzərində dayanan bir dövlətin olmasına imkan verilmir? İran toplumu mövzusu, ümumiyyətlə, iki vur iki – dörddü, göz qabağında baş verən proseslərdi. Gələnlər humanist niyyətlərlə gəlmirlər ki?! Xüsusən, Tramp dövründə nə baş verir? Tramp deyir ki, o şeyi ki mən iqtisadiyyatda eləmişəm, bunu geopolitikada da həyata keçirəcəm, amerikalılar mənə buna görə səs veriblər. Nə humanizm, nə insan haqları? Mən güclüyəm, mən istədiyim kimi görəcəksiniz, mən istədiyim kimi edəcəksiniz. Onlar üçün insan haqları anekdotdu.

Hal-hazırda dünyanın özünüqoruma immuniteti sıradan çıxmaqdadı. Avropa azca səsini çıxaran kimi, İngiltərədə bəlli problemlər yaradıldı, Fransada problemlər yaradıldı. Bunlar Trampın mesajlarıdı. Ki, bizim kimi eləməsəniz, sizi problemlərin içində boğarıq. Yaponiyanın zatən səsi çoxdan çıxmır. Çin birtəhər alternativ vəziyyətdə qalmağa çalışır. Xüsusən, solçu təfəkkürlü insanlar çox qəribədilər. Başqa vaxt indiki şərtlərdə solçular dünyanı yerlə-yeksan eləyərdilər. Venesuelada Trampı, məgər, ali insani dəyərlər maraqlandırır? Tutaq ki, liberalları başa düşürəm. Liberallar başqa cür görə bilmirlər. Amma liberalın heç olmasa, Obamasayağı görəni də olsun, etiraz eləsin də! Təəssüflər olsun ki, Azərbaycan liberalları üçün bu mövzu sadədi, Amerikada iqtidar kimdisə, o da həmin nöqtədən baxır. Ona görə hal-hazırda hansı ədalətdən, hansı dəyərlərdən danışmaq olar?

Zamanında Hindistanı, Şərqi başqa cür talayırdılar, indi bu cür talayırlar. Zatən Amerikada mövcudiyyət fəlsəfəsi bunun üzərində qurulub. Amerika qırmızıdərililərlə də belə davranıb, quldarlıq sistemini keçib. Deyəcəksiniz ki, bunlar tarixdə qalıb. Yaxşı, bu gündən danışaq. Çünki bu gün də davam eləyir. Ona görə də, indi hansı haqla Şərqdə bu və ya digər dövlətdə insan haqlarından danışa bilərlər ki, özləri bunu, ümumiyyətlə, ciddiyə almırlar? Bu gün dünya tamamilə dalana dirənib, amma bu vəziyyət çox davam eləməyəcək. Biz Azərbaycan haqqında düşünməliyik. Düşünürəm ki, Azərbaycanda Cümhuriyyət dövrünün bu mövzuda maraqlı bir intellektual polemikası olub, “Füyuzat” məktəbi var. Və düşünürəm ki, həm Məhəmməd Əmin Rəsulzadə, həm Əlibəy Hüseynzadə daha çox bu məktəbin qurucularıdı. Müsbət obrazlar yaratmaq lazımdı. Hər şey pis deyil, axı?! Bunun yanında “molla nəsrəddinizm” məktəbi var. Təəssüflər olsun ki, Sovet, “molla nəsrəddinizm”in dominantlığına daha çox imkan yaratdı. Təsəvvür eləyin ki, rus toplumu yalnız Çexovla inkişaf eləyəydi. Necə olardı? Amma onun yanında Dostoyevski var, Tolstoy var, bunlar bir balans yaradır.

Əfsus ki, Azərbaycanda “Füyuzat” məktəbi bu günə qədər də nəinki öyrənilməyib, heç davamı da yoxdu. Günümüzdə hələ də “molla nəsrəddinizm” janrı dominantdı, nihilizm, epataj bu gün də davam eləməkdədi. Kimsə məşhurlaşmaq istəyəndə, özünə dinlə bağlı bir performans müəyyənləşdirir. Düşünürəm ki, Azərbaycanın gələcəyi üçün Rəsulzadənin “Əsrimizin Siyavuşu” əsəri çox ciddi mütaliə olunmalı, hermenevtik baxımdan təhlil edilməlidi. Yeri gəlsə, bizim vəziyyətimizi dəyərləndirə bilən ən ciddi əsərlərdən biri sayıram onu.

– İlqar bəy, müasir dünyada təqiyyə, münafiqlik kimi anlayışlar aktuallığını itirib, yoxsa hələ də aktualdı?

– İslami terminlər hər zaman aktualdı. Münafiqlik – ikiüzlülük deməkdi. Təqiyyə isə, ölüm təhlükəsi ilə üz-üzə gələndə insanın zahirən prinsiplərini dəyişməsidi. Ölüm təhlükəsi ilə üz-üzə gələn vaxt! Bu da əqlin qəbul elədiyi qaydadı. Məsələn, faşistlərlə müharibədə biri əsir düşür. Orada həyatını qorumaq üçün öz prinsiplərini bəyan eləmək borcu yoxdu. Hətta solçu təfəkküründə də bu, qəbul olunur. Ancaq bu gündəlik həyat prinsipinə çevrilməməlidi. Yalançılıq İslamda ən böyük günahdı.

– İlqar bəy, həbsdə olan dindarlarla bağlı nə düşünürsüz?

– Sözsüz ki, günahsız yerə həbs olunan hər bir insanın azad olunmasını istəyirik. Zaman-zaman bununla bağlı müraciətlərimiz, çağırışlarımız da olub. Hesab eləyirik ki, müasir dövrdə həbsxanalarda yetərincə siyasi məhbuslar, vicdan məhbusları var. Ola bilsin, onların bəziləri praktik ibadətlə məşğuldu, bəziləri yox – amma hamısı azadlığa çıxmalıdı. Ümumiyyətlə, Azərbaycanda bu mövzu birdəfəlik həll olunmalıdı. Yeri gəlmişkən, çox dəyərli bir ruhani dostum – Hacı Sərdar Hacıhəsənli də həbsdədi. Onu çox absurd maddə ilə həbs ediblər – namaz qıldığına görə. Təbii ki, belə absurdlar aradan qaldırılmalıdı.

– Necə bir cəmiyyət arzulayırsınız? Hədəfdə nə var?

– Mən insanın ləyaqətli yaşaya biləcəyi bir cəmiyyət istəyərdim. Düşünürəm ki, bir toplumda ləyaqətli yaşamaq mümkün olsa, inkişaf üçün minimal bir baza yaranar. Çünki ləyaqətliliyin alternativi yoxdu. Həzrət İmam Hüseyn (ə) ləyaqətsiz həyatla ölüm arasında, ölümü seçdi. Aşuranın bütün fəlsəfəsi budur. Ölüm, ləyaqətsiz yaşamaqdan üstündü. Həyatda ən mühüm məsələ budu və insanın özündən asılıdı. Bu, iradəvi bir prosesdi. İnsan icazə verməsə, heç kim onu alçalda bilməz.

– Bu, təkcə insandan asılıdı? Sistemin heç bir rolu yoxdu?

– Yaxşı sistemlərdə ləyaqətli yaşayıb inkişaf eləmək daha rahat olur. Çətin sistemlərdə bu, çox çətin olur. Amma ləyaqətli yaşayıb-yaşamamaq – hər bir insanın öz seçimidi. Və imanlı insana Qiyamətdə veriləcək mühüm suallardan biri budu: Allah sizi hürr yaradıb, azad yaradıb, ləyaqətli yaradıb, bəs siz bu nemətlə necə davrandınız?

– Yaxşı sondu. Təşəkkür eləyirəm.

Şərhlər

Kohne 2019-05-25 11:06:29

Islam dunyasi varki? Ela.Duz.

NURəddin 2019-05-25 11:06:29

MÜƏLLİFƏ VƏ MÜSAHİBƏ TƏŞƏKKÜR EDİRƏM.Və diqqətlərinə kiçik bir qeydimi də çatdırmaq istəyirəm.Təkcə alim elm öyrənərkən deyil, hətta rəssam rəsm çəkərkən, xanəndə ürəkdən muğamat oxuyarkən də YARADANA ibadət etmiş olur.Çünki bu məqamlarda araya ilahi bir iletişim qoşulur.

Son yazılar


Новости

8 Часто задаваекмых вопросов по поводу вспышки короновируса

Вспышка коронавируса, сосредоточенная в Китае, развивается с головокружительной скоростью.В последние дни Россия и Сингапур закрыли свои границы с Китаем, и Всемирная организация здравоохранения объявила о вспышке чрезвычайной ситуации в области общественного здравоохранения. Между тем, правительство США резко усилило свой ответ - выпустило консультативную помощь на самом высоком уровне, изолировало 195 граждан, эвакуированных из Китая, и временно запретило въезд иностранным гражданам, недавно прибывшим в Китай. С учетом того, что число случаев заболевания резко возросло, достигнув 3 февраля более 17 000, с 362 смертельными случаями и масками для лица, вылетевшими с прилавков магазинов, неудивительно, что вопросы - и страхи - циркулируют вокруг 2019-нКоВ, как известно о вирусе. Однако для большинства людей в США нет причин для беспокойства. И хотя разобраться в рисках с новым быстро распространяющимся патогеном сложно, эксперты по инфекционным болезням могут помочь нам разобраться с этим. Здесь приведены ответы на самые острые вопросы о новом коронавирусе и его рисках. 1) Что это за новый коронавирус и каковы симптомы? Коронавирусы - это большое семейство вирусов, которые обычно поражают дыхательную систему. Название происходит от латинского слова corona, означающего корону, из-за остроконечной бахромы, которая окружает эти вирусы. Большинство заражают животных, таких как летучие мыши, кошки и птицы. Известно, что только семь, включая 2019-нКоВ, SARS и MERS, заражают людей. Считается, что атипичная пневмония перешла от летучих мышей к людям в Китае; MERS превратился из летучих мышей в верблюдов для людей на Ближнем Востоке. Никто не знает, откуда появился 2019-нКоВ. На данный момент считается, что он совершил скачок от животных в Ухане, Китай, городе с 11 миллионами, в конце прошлого года. Но исследователи все еще пытаются выяснить его точное происхождение. Что касается симптомов: два из семи коронавирусов, поражающих человека, SARS и MERS, могут вызывать тяжелую пневмонию и даже смерть в 10 и более 30 процентах случаев соответственно. Но другие приводят к более легким симптомам, таким как простуда. На данный момент мы знаем, что 2019-nCoV может убить, но не ясно, как часто или как его смертность сравнивается с SARS и MERS. Снизил ли Китай эпидемию коронавируса на ранней стадии? По данным Центров по контролю и профилактике заболеваний, большинство пациентов сейчас начинают с лихорадки, кашля и одышки. Ранний отчет, опубликованный в The Lancet, предоставил еще более подробную информацию. Было обследовано подмножество первых 41 пациента с подтвержденным 2019 нКоВ в Ухани.Наиболее распространенными симптомами были лихорадка, кашель, мышечные боли и усталость; реже были головная боль, диарея и кашель слизи или крови. У всех были пневмонии и аномалии легких при компьютерной томографии. Что касается тяжести заболевания: 13 пациентов были госпитализированы в ОИТ, а 6 умерли. К 22 января большинство (68 процентов) пациентов были выписаны из больницы. Совсем недавно появились сообщения о людях с очень легкими симптомами, например, о четырех случаях на юге Германии. Есть также свидетельства бессимптомных случаев. Возможно, что когда мы узнаем больше, 2019-нКоВ будет больше похож на грипп, чем на SARS. Это потому, что инфекционные заболевания, как правило, выглядят более серьезными, когда их впервые обнаруживают, поскольку люди, появляющиеся в больницах, как правило, самые больные. И уже новый вирус кажется менее смертоносным, чем как SARS, так и MERS. 2) Как распространяются коронавирусы? Мы еще не знаем, как именно распространяется 2019-нКоВ, но у нас есть много данных о том, как MERS, SARS и другие респираторные вирусы передаются от человека к человеку. И это главным образом из-за воздействия капель от кашля или чихания. Поэтому, когда инфицированный человек кашляет или чихает, он выпускает спрей, и если эти капли попадают в нос, глаза или рот другого человека, они могут передать вирус, сказала Дженнифер Нуццо, эксперт по инфекционным заболеваниям и старший ученый в Центр безопасности здоровья Джона Хопкинса. В более редких случаях человек может опосредованно подхватить респираторное заболевание, «прикасаясь к каплям на поверхности, а затем прикасаясь к слизистым оболочкам» во рту, глазах и носу, добавила она. Вот почему мытье рук является важной мерой общественного здравоохранения - постоянно, особенно во время вспышки. 3) Должен ли я путешествовать во время этой вспышки?   Турист, одетый в респираторную маску у фонтана Треви в центре Рима 31 января 2020 года. Итальянское правительство объявило чрезвычайное положение, чтобы предотвратить распространение нового коронавируса после подтверждения двух случаев заболевания в Риме. Филиппо Монтефорте / AFP через Getty Images И CDC, и Госдепартамент выпустили свои высокопоставленные предупреждения о поездках в Китай, советуя американцам избегать поездок туда на данный момент. (Эти рекомендации могут измениться по мере развития вспышки, поэтому продолжайте проверять их.) И это не только потому, что существует риск заражения этим новым вирусом. Сейчас многие авиакомпании отменяют или сокращают рейсы в Китай, частично из-за снижения спроса. «Меня больше беспокоит непредсказуемость реакции [вспышки] на данный момент», - сказал Нуццо. «Не было бы весело поехать в Китай и как-то там застрять. И возвращаясь, вы будете подвергнуты дополнительному скринингу.» Безопасно ли путешествовать во время вспышки коронавируса? Специалист по инфекционным заболеваниям объясняет. Но люди, обеспокоенные путешествиями, должны помнить, что эти рекомендации ориентированы на Китай, где эпидемия в настоящее время разворачивается. На данный момент 99 процентов приходится на материковый Китай. И более половины из них в Хубэй. «Риск заражения этой инфекцией за пределами Хубэя и, действительно, за пределами Китая, удивительно низок», - сказал Исаак Богох, профессор Университета Торонто, который изучает, как воздушные путешествия влияют на динамику вспышек, включая новую коронавирусную инфекцию. Люди с вирусом были обнаружены в других странах, поэтому ВОЗ объявила вспышку чрезвычайной ситуации в области общественного здравоохранения. Но на сегодняшний день это в основном путешественники из Китая. «Мы можем подсчитать количество людей, которые никогда не сталкивались с Хубэем или Китаем, которые были заражены этим вирусом одной или двумя руками», - сказал Богох. «Поэтому, если люди путешествуют [за пределами Китая,] ваш риск близок к нулю процентов». Что если вам нужно путешествовать и вы сидите рядом с больным? Богоч сказал, что даже не время паниковать. «Была проведена определенная работа по изучению риска заражения инфекционными заболеваниями в результате авиаперелетов. Риск заражения респираторной инфекцией воздушным транспортом по-прежнему чрезвычайно низок ». Риск возрастает, если вы оказались в шести футах от человека с респираторной инфекцией. Но даже там простая близость не обязательно означает, что вы поймаете что-нибудь. Вместо этого, чем более заразен человек, и чем дольше вы сидите рядом с ним, тем выше ваш риск. Если вы не находитесь рядом с человеком очень долго или не очень заразны, тем ниже риск. И опять же, маловероятно, что у больного даже есть коронавирус. 4) Я все еще беспокоюсь о новом коронавирусе. Что я должен сделать, чтобы защитить себя? Купить маску?   Люди носят медицинские маски в качестве меры предосторожности против коронавируса, прогуливаясь по Нью-Йорку 30 января 2020 года. Tayfun Coskun / Anadolu Agency by Getty Images В США риск для населения в настоящее время считается низким. И почти каждый эксперт в области здравоохранения, с которым говорил Вокс, сказал, что нет убедительных доказательств в поддержку использования масок для лица для профилактики заболеваний среди населения в целом. Маски полезны только в том случае, если у вас уже есть респираторная инфекция и вы хотите свести к минимуму риск ее распространения среди других людей или если вы работаете в больнице и находитесь в прямом контакте с людьми с респираторными заболеваниями. (Кроме того, есть сообщения о том, что маски и другие материалы принадлежат медицинским работникам, чтобы оставаться в безопасности.) Как технические компании пытаются справиться с мошенничеством по поводу коронавируса? Вот почему CDC советует против использования масок для обычных американцев. «Вирус не распространяется в широких кругах общества», - объяснила Нэнси Мессонье, директор Национального центра иммунизации и респираторных заболеваний CDC, на брифинге для прессы 30 января. Но люди все равно копят их по неправильным причинам. По словам Мессонье, лучшее, что вы можете сделать, чтобы предотвратить всевозможные болезни, это «вымыть руки, прикрыть кашель, позаботиться о себе и следить за информацией, которую мы предоставляем». 5) Как насчет случаев, когда люди распространяют вирус до того, как у него появятся симптомы? Разве это не беспокоит? У нас есть лучшее доказательство того, что вирус может распространиться до того, как у человека появятся симптомы, из Германии. Там, как известно, четыре человека имеют вирус. Вспышка была выявлена ​​в Баварии 27 января, когда немецкому бизнесмену был поставлен диагноз. Он встречался с коллегой-женщиной, который приезжал из Шанхая и имел вирус, но не знал об этом. Женщина только начала чувствовать симптомы - такие как лихорадка и кашель - после того, как она покинула Германию, и через несколько дней после встречи с немецким бизнесменом. Это говорит о том, что она, возможно, передала вирус человеку, прежде чем узнает, что она больна. К 28 января три сотрудника бизнесмена были диагностированы с вирусом, согласно сообщению случая Нового английского медицинского журнала. У одного был контакт с женщиной из Шанхая; двое других, похоже, получили вирус от немецкого бизнесмена. «Тот факт, что бессимптомные люди являются потенциальными источниками инфекции 2019-нКоВ, может потребовать переоценки динамики передачи текущей вспышки», - пишут авторы исследования. Но они также подчеркнули, насколько легкое заболевание оказалось у немецких пациентов. И возникает вопрос о том, действительно ли женщина была без симптомов и насколько бессимптомный риск представляет собой для общественного здравоохранения. «Даже если бы были случаи бессимптомной передачи этогоинфекции, как правило, это будут редкие случаи, и почти со всеми другими инфекциями дыхательных путей, известными человечеству, это не люди, которые ведут эпидемию », - сказал Богох. 6) Означает ли заявление ВОЗ, что коронавирус является глобальной чрезвычайной ситуацией в области здравоохранения, означает, что это станет смертельной пандемией?   Генеральный директор ВОЗ Тедрос Адханом Гебреесус (справа) вместе с руководителем Программы ВОЗ по чрезвычайным ситуациям в области здравоохранения Майклом Райаном на пресс-конференции после Комитета по чрезвычайной ситуации ВОЗ, на которой обсуждается вопрос о том, является ли новый коронавирус международной чрезвычайной ситуацией в области здравоохранения, 30 января 2020 года в Женеве. Фабрис Коффрини / AFP через Getty Images Объявление ВОЗ «чрезвычайной ситуации в области общественного здравоохранения, имеющей международное значение», или PHEIC, не означает, что это станет смертельной пандемией. Вместо этого PHEIC - это политический инструмент, который агентство может использовать, чтобы попытаться предотвратить пандемию - привлечение внимания к серьезной угрозе заболевания, вовлечение мирового сообщества в скоординированные ответные меры на вспышку, мобилизация ресурсов и предоставление странам рекомендаций о том, как реагировать, и остановить распространение болезни через границы. Генеральный директор агентства Тедрос Адханом Гебреесус очень четко заявил, что они объявили тревогу в качестве меры предосторожности: агентство обеспокоено потенциальным ущербом, который может нанести вирус в странах с более слабыми системами здравоохранения, и призвало международное сообщество оказать помощь. Он подчеркнул, что подавляющее большинство случаев по-прежнему в Китае, и что Китай быстро принял меры по контролю над вспышкой. Два ключевых вопроса, которые определят, станет ли вспышка коронавируса пандемией Хотя есть случаи, по крайней мере, в 23 других странах, они не превратились в локальные вспышки. Так что на данный момент CDC и ВОЗ все еще называют это вспышкой. Однако очень скоро эксперты в области здравоохранения могут определить, что в Китае достаточно случаев, чтобы назвать вспышку эпидемией. И если заболевание будет продолжать распространяться локально в других странах, оно может перерасти в пандемию (которая определяется как эпидемия, распространяющаяся на два или более регионов мира). «Это очень, очень трансмиссивно, и почти наверняка это будет пандемия», - сказал New York Times доктор Энтони Фаучи, директор Национального института аллергии и инфекционных заболеваний. «Но будет ли это катастрофическим? Я не знаю." Это подводит нас к вопросу о смертельности: мы еще не знаем, насколько смертельна эта болезнь. Если взять текущее количество смертей и разделить его на число известных случаев, «смертность от случаев составляет 2 процента, а в первые дни она снизилась с 3 процентов», - говорит Говард Маркел из Мичиганского университета, изучающий вспышки.«И если он будет действительно очень низким, мы, вероятно, скажем - как мы это делали в Мексике в 2009 году со свиным гриппом - что это нечто очень похожее, если не менее смертельное, чем обычный сезонный грипп». Так что, как только будет обнаружено больше таких легких или бессимптомных случаев, этот вирус может выглядеть гораздо менее пугающим. «Мы живем [с] и терпим большое количество респираторных вирусов, - сказал Нуццо, - некоторые из них даже более передаваемы, чем оценки, которые люди придумали для этого - но они не попадают в заголовки». новый коронавирус выглядит менее серьезным, добавила она, «возможно, мы отходим от сдерживания вируса как цели до минимизации его распространения». 7) Есть ли риск возникновения вспышки в моем городе?   Две женщины в лицевых масках 31 января 2020 года в Ньюкасл-апон-Тайн, Англия. Некоторые из лучших исследований по этому вопросу принадлежат Богочу и его коллегам. В последние пару недель они провели отличные исследования в городах, наиболее уязвимых к новым коронавирусным инфекциям. Что такое большой вынос? Это действительно Восточная Азия и Юго-Восточная Азия, которые наиболее подвержены риску. Исследователи - из Оксфордского университета, Университета Торонто и Лондонской школы медицины и тропической гигиены - использовали данные 2019 года от Международной ассоциации воздушного транспорта, чтобы найти все города Китая, которые приняли в течение февраля не менее 100 000 пассажиров из Ухани в течение февраля. Апрель. Затем они смоделировали, как болезнь могла распространиться из этих городов, если они столкнулись с локальными вспышками. Вот 15 из 50 лучших направлений, в которых могут наблюдаться вспышки (также обратите внимание на число IDVI - Индекс уязвимости к инфекционным болезням - число. Это показатель способности страны управлять инфекционными заболеваниями. Баллы ближе к нулю означают, что они меньше подготовлены.)   Оксфордский журнал медицины путешествий: «Никто не удивится, если в Европу и США будет экспортировано больше дел», - сказал Богоч. «Но места, в которых будет наибольший объем и количество экспортируемых инфекций, будут в центрах Восточной Азии и Юго-Восточной Азии». 8) Когда это закончится? Как объяснил мой коллега Брайан Резник, эта вспышка может быть прекращена несколькими способами. Возможно, меры общественного здравоохранения - быстрое выявление случаев заболевания, изоляция зараженных людей - остановят распространение этого коронавируса. (Вот что остановило распространение атипичной пневмонии в 2003 году.) Поскольку это зоонозная болезнь, исходящая от животного, поиск и устранение этого источника также поможет. Или, может быть, будет изобретена вакцина или противовирусный препарат, чтобы обуздать более широкую эпидемию (хотя это, вероятно, займет годы). Наконец, есть вероятность, что вирус просто вымрет.«Вспышки болезней напоминают пожары», - пишет Резник. «Вирус - это пламя. Чувствительные люди - топливо. В конце концов огонь сгорает сам, если у него кончается растопка. Вспышка вируса закончится, когда он перестанет находить подверженных заражению людей ». Существует также шанс, как сказал Нуццо Вокс, что это просто становится одной из болезней в обращении, которые обычно заражают людей. Какое беспокойство снова зависит от того, насколько серьезным окажется 2019nCoV.

Проблема климата и насколько её сложно решить

Все варианты обмена Сталелитейщик. Работа с доменной печью для производства стали и чугуна. Эта часть была впервые опубликована в октябре 2019 года и была слегка обновлена. Климатические активисты любят говорить, что у нас есть все решения, которые нам нужны для борьбы с климатическим кризисом; нам не хватает только политической воли. Хотя с точки зрения политики это действительно так - у нас, безусловно, достаточно решений, чтобы начать работу и вносить большие изменения, но с технической точки зрения это неправильно. Истинное поражение от изменения климата будет означать получение чистых нулевых выбросов углерода и в конечном итоге отрицательных выбросов. Это означает обезуглероживание всего. Каждый сектор экономики. Каждое использование ископаемого топлива. И на самом деле, есть некоторые сектора, некоторые виды использования ископаемого топлива, которые мы еще не знаем, как обезуглерожить. Возьмем, к примеру, промышленное тепло: чрезвычайно высокотемпературное тепло, используемое для производства стали и цемента. Это не сексуально, но это важно. На тяжелую промышленность приходится около 22 процентов глобальных выбросов CO2. Сорок два процента из этого - около 10 процентов глобальных выбросов - поступают от сжигания с целью производства большого количества высокотемпературного тепла для промышленных продуктов, таких как цемент, сталь и нефтехимия. Чтобы поместить это в перспективу, промышленное тепло на 10 процентов больше, чем выбросы CO2 всех автомобилей в мире (6 процентов) и самолетов (2 процента) вместе взятых. Тем не менее, подумайте, сколько вы слышите об электромобилях. Подумайте, как много вы слышите о стыдливом полете. Теперь подумайте, сколько вы слышите о ... промышленном тепле. Не очень, я думаю. Но дело в том, что сегодня практически все это сжигание происходит на ископаемом топливе, и существует очень мало жизнеспособных низкоуглеродных альтернатив. По разным причинам промышленное тепло будет одним из самых крепких орешков с точки зрения выбросов углерода. И мы даже не начали.   Цементный завод в сумерках. Цементный завод в сумерках. Getty Images Некоторый свет пролился на это слепое пятно с выпуском в конце 2019 года двух докладов Хулио Фридмана, исследователя из Центра глобальной энергетической политики (CGEP) при Колумбийском университете (среди многих предметов в длинном резюме). Первый доклад, в соавторстве с Чжиюань Фаном и Ке Тангом из CGEP, посвящен текущему состоянию промышленной тепловой технологии: «Низкоуглеродистые тепловые решения для тяжелой промышленности: источники, варианты и затраты сегодня». Второй, в соавторстве с группой ученых для Форума «Инновации для прохладной земли» (МИЭФ), представляет собой дорожную карту по декарбонизации промышленного тепла, включая набор политических рекомендаций. В этих отчетах их много, но я предполагаю, что ваше терпение к промышленному теплу ограничено, поэтому я свел его к трем разделам.Во-первых, я кратко расскажу о том, почему промышленное тепло так трудно декарбонизировать; во-вторых, обзор доступных вариантов обезуглероживания; и в-третьих, некоторые рекомендации о том, как двигаться вперед. Почему промышленное тепло является такой неприятной углеродной дилеммой Есть причина, по которой вы мало слышите о промышленном тепле: потребители не покупают его. На этом рынке преобладают крупные, малоизвестные промышленные фирмы, которые работают вне поля зрения общественности. Таким образом, в отличие от электричества или автомобилей, существует небольшая перспектива продвижения рынка через популярный потребительский спрос. Политики должны будут сделать это самостоятельно. И это будет нелегко. Крупнейшими промышленными источниками выбросов являются цементная, сталелитейная и химическая промышленность; также внесли заметный вклад в переработку, удобрения и стекло. Как группа, эти отрасли имеют три примечательные особенности. Во-первых, почти все они являются предметом мировой торговли. Их цены не установлены внутри страны. Они конкурируют с оптимизированными цепочками поставок по всему миру с минимальной наценкой. Внутренняя политика, которая повышает цены, может привести к «утечке углерода» (то есть компаниям, которые просто переезжают за границу, чтобы найти более дешевую рабочую среду и условия эксплуатации). Более того, некоторые из этих отраслей, особенно цемент и сталь, особенно ценятся национальными правительствами за их рабочие места и их последствия для национальной безопасности. Политики опасаются любой политики, которая может оттолкнуть эти отрасли. «В качестве одного из признаков, большинство цемента, стали, алюминия и нефтехимических продуктов получили экологические отказы или были политически освобождены от углеродных ограничений, - говорится в отчете CGEP, - даже в странах с жесткими углеродными целями.   Печь на алюминиевом литейном заводе. Печь на алюминиевом литейном заводе. Getty Images / Культура РФ Во-вторых, они включают оборудование и оборудование, рассчитанное на срок от 20 до 50 лет. Доменные печи иногда доходят до 60. Это крупные, долгосрочные капитальные вложения, с относительно низким товарооборотом. «Немногие промышленные объекты демонстрируют признаки скорого закрытия, особенно в развивающихся странах, - говорится в отчете CGEP, - что делает проблематичным развертывание заменяющих объектов и технологий». По крайней мере, решения, которые могут работать с существующим оборудованием, будут иметь преимущество. В-третьих, их эксплуатационные требования являются строгими и разнообразными. Общим для всех них является то, что им требуется большое количество высокотемпературного тепла и высокий «тепловой поток», способность поставлять большое количество тепла стабильно, надежно и непрерывно. Простои в этих отраслях невероятно дороги. В то же время конкретные требования и процессы в этих отраслях сильно различаются.В качестве примера можно привести сталь и чугун с использованием доменных печей, в которых сжигается кокс (форма «приготовленного» угля с высоким содержанием углерода). «Кокс также обеспечивает углерод в качестве восстановителя, выступает в качестве структурной опоры для удержания рудной нагрузки и обеспечивает пористость для растущего горячего газа и тонущего расплавленного железа», - говорится в отчете CGEP. «Из-за этих многочисленных ролей прямая замена сжигания кокса на альтернативный источник технологического тепла нецелесообразна». Цементная печь работает несколько иначе, как и реакторы, которые приводят в действие химические превращения, как и стеклодув. Разнообразие конкретных эксплуатационных характеристик затрудняет повсеместную замену промышленного тепла. Каждая из этих отраслей потребует своего решения. И это должно быть решение, которое не сильно увеличивает их расходы или, по крайней мере, предпринимает шаги по защите их от международной конкуренции. Вариантов на сегодняшний день не так много, чтобы говорить о. Варианты обезуглероживания промышленного тепла ограничены Каковы альтернативы, которые могли бы обеспечить высокую температуру и высокий тепловой поток с меньшими или нулевыми выбросами углерода? Отчет не является оптимистичным: «Путь к чистой эмиссии углерода для промышленности не ясен, и сегодня только несколько вариантов кажутся жизнеспособными». Альтернативы можно разбить на пять основных категорий: Биомасса: биодизель или щепа могут быть сожжены напрямую. Электричество: «резистивное» электричество можно использовать, например, для питания дуговой печи. Водород: технически это подкатегория электричества, так как она получена из процессов, приводимых в действие электричеством; он производится паровым риформингом метана (SMR) для производства «серого» водорода с интенсивным выбросом углерода, SMR с улавливанием и хранением углерода для получения «голубого» водорода, или электролизом, вытягивающим водород непосредственно из воды, чтобы сделать низкоуглеродистым « зеленый »водород. Ядерная энергия: Атомные электростанции, как обычные реакторы, так и новые реакторы третьего поколения, выделяют тепло, которое можно переносить в виде пара. Улавливание и хранение углерода (УХУ): Вместо того, чтобы обезуглероживать сами процессы, их выбросы CO2 могут быть уловлены и захоронены, либо CO2 непосредственно от источника тепла («тепло CCS»), либо CO2 от всего предприятия («CCS с полным оборудованием» «). Все эти варианты имеют свои трудности и недостатки. Ни один из них не близок к паритету затрат с существующими процессами. Некоторые из них ограничены интенсивностью тепла, которое они могут производить. Вот разбивка:   Требования к промышленной температуре Некоторые варианты ограничены конкретными требованиями конкретных производственных процессов.Цементные печи лучше работают с плотным внутренним топливом; резистивное электричество на внешней поверхности также не работает. Но самые большие ограничения - это затраты, когда новости несколько разочаровывают по двум причинам. Во-первых, даже самые перспективные и жизнеспособные варианты существенно повышают эксплуатационные расходы. И, во-вторых, варианты, которые в настоящее время являются наименее дорогими, не совсем те, которые могут предпочесть экологи. В отчете много говорится о методологии сравнения затрат по технологиям, но главное, что следует иметь в виду, является то, что эти оценки являются предварительными. Они включают в себя различные оспариваемые предположения, а реальные данные о производительности часто недоступны. Так что все это нужно взять с крошкой соли в ожидании дальнейших исследований. Тем не менее, вот примерное сравнение стоимости:   Сравнение стоимости промышленных вариантов отопления Вы можете заметить, что большинство синих полос, низкоуглеродистых вариантов, слишком дорого. Единственно доступными являются ядерный и синий водород. Водород является наиболее перспективной альтернативой С точки зрения способности генерировать высокотемпературное тепло, доступности и пригодности для различных целей, водород, вероятно, является ведущим кандидатом среди альтернатив промышленного тепла. К сожалению, уравнение затрат на водород не является хорошим: чем оно чище, тем оно дороже. Самый дешевый способ получения водорода, способ, которым сейчас производится около 95 процентов его, - это паровой риформинг метана (SMR), который реагирует пар с метаном в присутствии катализатора при высоких температурах и давлениях. Это чрезвычайно углеродоемкий процесс, поэтому «серый водород». Выбросы углерода от SMR могут быть уловлены и захоронены с помощью CCS (хотя сегодня они редки). Как видно из диаграммы выше, этот вид «голубого водорода» является самой дешевой низкоуглеродной альтернативой высокотемпературному промышленному теплу. «Зеленый водород» получают электролизом, используя электричество для отделения водорода от воды. Если это сделано с безуглеродной энергией, это также безуглеродное. Существует несколько различных форм электролиза, в которые нам не нужно вмешиваться. Главное, что нужно знать, это то, что они дорогие - наименее дорогой в два с лишним раза дороже голубого водорода.   Затраты на водород Вот упрощенная диаграмма затрат, чтобы сделать эти сравнения более понятными:   Промышленные затраты на тепло Примечание. Эти цифры отражают то, «что можно сделать сегодня на существующих объектах». В отчете CGEP подчеркивается, что «авторы не сбрасывают со счетов будущий потенциал для более дешевых систем». Подробнее об этом позже. На данный момент, в первом приближении, все доступные низкоуглеродистые альтернативы существенно повышают стоимость промышленных тепловых процессов по сравнению с базовым уровнем. И вот что действительно важно: в большинстве случаев улавливать и закапывать СО2 в этих процессах дешевле, чем переключать системы на низкоуглеродные альтернативы. CCS часто дешевле альтернатив с низким содержанием углерода Взять цементную продукцию. Для него требуется температура не менее 1450 ° C, поэтому единственными возможными вариантами являются водород, биомасса, резистивный электрический или CCS. Вот как бы они увеличили затраты на производство цемента («клинкера»):   затраты на производство цемента Как видите, каждая низкоуглеродистая альтернатива повышает затраты более чем на 50 процентов по сравнению с базовым уровнем. Единственные, которые не повышают его более чем на 100 процентов, - это CCS (только от источника тепла), синий водород или резистивный электрический в местах с чрезвычайно дешевой и обильной не содержащей углерода энергией. Альтернативой, которую предпочитают климатические ястребы, безуглеродный вариант, который лучше всего подойдет для большинства применений, является зеленый водород. Но это в настоящее время повышает затраты между 400 и 800 процентами. Ситуация примерно такая же для стали:   Стоимость стали И так далее, от химикатов до стекла и керамики; Практически в каждом случае самое дешевое решение по обезуглероживанию в ближайшей перспективе заключается только в улавливании и захоронении выбросов углерода. Конечно, это только в среднем. Фактические затраты будут зависеть от географии - есть ли подходящие места захоронения для CO2, дешевый ли природный газ, есть ли поблизости много воды или ветра - но нет никакой простой правды о сегодняшних альтернативах промышленного тепла: что такое зеленый не очень выполнимо, а то, что выполнимо, не очень зелено. Вот качественный график, который пытается понять эти отношения.   Промышленное отопление Что наиболее выполнимо - это справа. Что самое дорогое, так это топ. На данный момент в этом правом нижнем допустимом / дешевом квадранте не так много, кроме голубого водорода. В отчете подчеркивается, что эти начальные технологические рейтинги являются «в лучшем случае временными» и «весьма спекулятивными, неопределенными и условными.«Нужно понимать гораздо больше о стоимости и целесообразности этих вариантов. Их относительная привлекательность может быстро измениться с развитием технологий. Что приводит нас к рекомендациям. Как сделать зеленое промышленное тепло дешевле, а дешевое промышленное тепло зеленее Фридманн несколько раз подчеркивает, что одним из самых ясных результатов всего этого исследования является необходимость проведения дополнительных исследований. Доступные данные по промышленным альтернативным источникам тепла являются редкими и противоречивыми, и существует несколько попыток сравнить затраты по категориям. Самая насущная необходимость - это дополнительный анализ и исследования. Тем не менее, есть путь вперед. В документе МИЭФ рассматривается вышеупомянутая информация, а затем предлагается ряд политических рекомендаций. Первое и самое важное - это усиление государственной поддержки исследований и разработок (НИОКР). Именно здесь сообщение «у нас есть решения, в которых мы нуждаемся» может быть контрпродуктивным. Да, нам нужно немедленно начать развертывание доступных чистых технологий в масштабе. Но нам также необходимо уделить внимание тем секторам экономики, которые мы еще не знаем, как обезуглерожить. Мы должны определить перспективные технологии, как это делают эти отчеты, и начать сознательно работать, чтобы снизить их стоимость. По крайней мере, США нужно увеличить свои ежегодные расходы на исследования в области чистой энергии (около 15 миллиардов долларов) примерно в десять раз, создать некоторые региональные и отраслевые исследовательские центры и привлечь партнеров из промышленности для ускорения процесса коммерциализации. Во-вторых, промышленное тепло - это та область, где государственные закупки могут сыграть огромную роль - правительства закупают большое количество стали, бетона и химикатов. «Стандарты закупок, в которых предпочтение отдается продуктам с наименьшим содержанием встроенного углерода, могут привести к значительным изменениям в промышленном поведении», - говорится в докладе МИЭФ. В-третьих, правительство должно помочь компенсировать возросшие затраты на альтернативы с помощью фискальных субсидий, будь то кредитные гарантии, прямые гранты, льготные тарифы или что у вас есть. Общественные деньги нужны, чтобы двигаться вперед. В-четвертых, для многих альтернатив требуется новая инфраструктура (например, электрические или водородные трубопроводы), и правительство может помочь в ее создании.   Коробка передач Нужно больше таких, наверное. Shutterstock Пятое (примечание: не первое, пятое): цена на углерод будет ускорять все. Непонятно, насколько высокой должна быть цена, чтобы полностью компенсировать дополнительные затраты на альтернативы - в некоторых приложениях она, вероятно, будет неосуществимо высокой, поэтому все же потребуется политика в конкретных секторах - но любая цена вообще поможет.В-шестых, для защиты от международной конкуренции со стороны стран с более низкими стандартами тарифы на углерод могут взиматься с импортируемых промышленных товаров с более высоким содержанием углерода. В-седьмых, всегда есть хорошие старомодные мандаты: правительство может просто потребовать отказа от использования ископаемого топлива в этих секторах. Наконец, добровольные отраслевые ассоциации могут содействовать распространению знаний и передового опыта среди компаний, в то время как министерство по чистой энергии на международном уровне может сделать то же самое среди стран. Как ясно из этого списка, многое предстоит сделать, прежде чем «у нас есть все необходимые решения» в секторах тяжелой промышленности. Есть и другие сектора, которые по-прежнему трудно обезуглерожить (судоходство, тяжелые грузы, самолеты), и все они выиграют от такой же политики. Нам нужно развернуть то, что мы знаем, и узнать больше о том, чего мы не знаем одновременно. Последнее замечание об электрификации Эти два отчета могут показаться про-CCS, но это не главное, что нужно от них отнять. Даже если это правда, что CCS является самым дешевым текущим вариантом декарбонизации для некоторых отраслей и секторов, он просто не будет доступен во многих областях. И в долгосрочной перспективе цель все еще должна состоять в том, чтобы по возможности искоренить ископаемое топливо, сделав альтернативы более осуществимыми и менее дорогостоящими. Единственное технологическое решение с потенциальным путем снижения кривой затрат до уровня конкурентоспособности с ископаемым топливом (по правильной цене) - это электрификация. Приведенные выше диаграммы показывают две вещи об электрификации промышленного тепла. Во-первых, резистивное электричество - это единственный низкоуглеродистый вариант промышленного тепла, конкурирующий с CCS или голубым водородом, и только в этом случае чистое электричество чрезвычайно дешево и в изобилии. И, во-вторых, единственная действительно безуглеродная, неограниченная, универсальная альтернатива - это зеленый водород, который требует обильных возобновляемых источников энергии. Оба приводят доводы в пользу абсолютной необходимости удешевления чистой электроэнергии. В текущих ценах и с современными технологиями у полностью или в основном возобновляемой сети будут проблемы с промышленным теплом, которое требует огромных, интенсивных количеств энергии, надежно и непрерывно поставляемых. Некоторые промышленные приложения могут вовремя сместить свои потребности, чтобы приспособиться к возобновляемым источникам энергии или сделать их процессы прерывистыми, но большинство не могут. Им нужна управляемая, управляемая сила.   Электродуговая печь. Электродуговая печь.Getty Images / iStockphoto Построение энергосистемы на основе возобновляемых источников энергии, которая могла бы обслуживать тяжелую промышленность, потребовало бы гораздо более дешевого и энергоемкого хранилища, большей и лучшей передачи, более интеллектуальных счетчиков и приборов и лучшего реагирования на спрос, но, прежде всего, это потребовало бы чрезвычайно дешевого и обильного углерода. бесплатное электричество. Все становится проще, если чистая энергия становится дешевле. Это верно для резистивного электричества, это верно для зеленого водорода, и это верно почти для всех трудных для декарбонизации секторов. Дешевое, обильное, чистое электричество - это единственный путь к действительно устойчивой энергетической системе, объединенной вокруг энергосистемы и свободного обмена электронами. Технологии экологически чистой энергии угрожают разрушить энергосистему. Вот как он может адаптироваться. Хотя CCS может быть самым дешевым доступным вариантом для некоторых секторов сегодня, это не может быть конечным пунктом назначения; это должно быть временным. Нам необходимо максимизировать количество CO2, которое мы извлекаем из воздуха, и закапывать его, снижая концентрацию в атмосфере и минимизируя количество, которое мы выделяем. Это может быть неосуществимо в ближайшее время, но в некоторых временных масштабах должно преобладать электричество (и водородное топливо, которое оно может создать). Таким образом, стоит добавить последний кусочек политической рекомендации, о чем явно не говорится в отчете МИЭФ: сделать электроэнергию без выбросов углерода дешевле, любыми необходимыми средствами. Расширить налоговые льготы на возобновляемые источники энергии и расширить их на другие технологии экологически чистой энергии; принять национальный стандарт экологически чистой энергии; пройти отраслевые стандарты производительности; строить междугородние линии электропередачи; использовать государственные закупки; исследования и коммерциализация передовых ядерных и геотермальных технологий; исследовать новые русловые гидроэлектростанции; и ради бога, назначьте цену на углерод. На безуглеродном электричестве держите педаль на полу. Даже когда речь идет о промышленном тепле, которое является настолько сложным, чувствительным к ценам и разнообразным в применении - где CCS может быть лучшим краткосрочным способом - все еще остается верным, что снижение затрат на чистую электроэнергию делает все проще в долгосрочной перспективе. «Дайте мне точку опоры и место, чтобы стоять, - сказал древний математик Архимед, - и я переверну мир».«Дешевое, обильное, безуглеродное электричество - точка опоры для рычага Архимеда, точка рычага, которая делает возможным перемещение остального мира